Сверхскоростельный пулемёт «Шквал». Часть вторая

В силу ряда объективных и субъективных причин как сама суть вклада К. С. Юрченко в развитие отечественного скорострельного стрелково-пушечного вооружения, так и его личность оказались на долгое время изолированы от внимания историков оружия. Настоящая публикация вводит в научный оборот абсолютно новые сведения как о самом Юрченко, так и об особенностях опытно-конструкторских работ в области стрелково-пушечного вооружения в СССР в 1930-е годы.

Развитие исследования в части поиска биографических сведений о К. С. Юрченко связано с выявлением в РГАЭ личного дела конструктора. В ходе его изучения удалось установить¹, что Карп Сергеевич Юрченко родился 2 апреля 1912 года в селе Княже-Криница, Монастырщинского района Винницкой области в крестьянской семье.

В 1920–1925 году Юрченко отучился в четырёхлетней школе, после чего поступил на дополнительное обучение в Балабановскую районную школу, но закончить её ему не удалось по причине тяжёлого материального положения.

Возвратившись домой в 1927 году, К. С. Юрченко продолжил заниматься семейным сельским хозяйством, что ему скоро надоело, и в 1929 году он уехал в г. Кировск, где поступил на работу в 21-й авиационный парк на должность столяра в мастерской по ремонту самолётов, там же вступил в комсомол.

В июне того же 1930 года по путёвке комсомольской организации войсковой части, где работал К. С. Юрченко, он был направлен на учёбу во 2-ю Вольскую авиатехническую школу ВВС РККА им. ВЛКСМ, которую закончил в 1932 году, получив воинское звание младшего авиатехника, и был оставлен служить в той же авиашколе на должности инструктора самолётного курса.

Ещё в авиашколе К. С. Юрченко активно занялся изобретательской деятельностью в области авиационного стрелкового оружия и в 1934 году разработал оригинальный проект скорострельного пулемёта. Его способности заметили и оценили на самом высоком уровне системы вооружения РККА и в 1934 году перевели для продолжения службы в Научно-испытательный институт Военно-воздушных сил Рабоче-крестьянской Красной армии (НИИ ВВС РККА, г. Москва) на должность старшего авиатехника, а в 1936 году уволили из армии в запас в связи с переводом на работу в промышленность для реализации его изобретения.

Первоначально К. С. Юрченко был направлен в Артиллерийскую академию РККА им. Дзержинского (г. Ленинград), куда им был представлен проект авиационного сверхскорострельного пулемёта для проведения анализа конструкции.

Работу над пулемётом К. С. Юрченко продолжил в 1934 году на НИПСВО ГАУ РККА, будучи переведённым туда на должность конструктора. С 1936 года Юрченко возглавил организованное для реализации проекта его пулемёта специальное конструкторское бюро при заводе им. Серго Орджоникидзе в Москве, в котором он занимал должность начальника КБ и главного конструктора.

В марте 1938 года КБ Юрченко перевели на завод «Калибр»,² где было образовано Особое конструкторское бюро, в котором он работал на тех же должностях, что и ранее. В своём ОКБ К.С. Юрченко проработал как минимум до ноября 1943 года³. Информация о деятельности Юрченко в период с начала 1944 года до апреля 1945 года на данный момент отсутствует.

Интересно что в 1940 году творческий путь К. С. Юрченко едва не пересёкся с жизненным путем в дальнейшем известного советского оружейника Н. М. Афанасьева. В то время он служил срочную службу в РККА, где изобрёл скорострельный авиационный пулемёт. Изобретение Афанасьева получило положительную оценку командующего 57-м особым корпусом в Монголии комкора Г. К. Жукова (в будущем маршала СССР), после чего его направили в Москву и предложили продолжить работу над пулемётом в сотрудничестве с «неким Юрченко». Но Афанасьев отказался от этого предложения, решив, что такое сотрудничество ему не нужно⁴.

Сведения за 1945 год содержатся в Центральном архиве ФСБ России — в уголовном деле № H-17861 в отношении «Юрченко Карпа Сергеевича, украинца, гражданина СССР, беспартийного, несудимого, образование среднетехническое, бывшего начальника особого конструкторского бюро при московском заводе „Калибр“ Наркомата станкостроения СССР».

Юрченко был арестован НКГБ СССР 15 апреля 1945 года по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ст. 58-1«а» УК РСФСР⁵ и по постановлению Особого совещания при НКВД СССР от 8 сентября 1945 года осуждён «за намерение изменить Родине», заключён в исправительно-трудовой лагерь сроком на 10 лет. Освобождён по амнистии 1953 года из мест заключения досрочно — 10 декабря 1953 года.

Важно, что заключением Генеральной прокуратуры от 14 ноября 2002 года Юрченко К. С. признан обосновано осуждённым и не подлежащим реабилитации. Так как в соответствии с действующим российским законодательством ознакомление граждан с архивными уголовными делами на лиц, признанных обосновано осуждёнными, не предусмотрено, подлинные обстоятельства дела и причины ареста установить не представляется возможным.

Очень ограниченные сведения о характере, профессиональной деятельности и причинах ареста К. С. Юрченко содержатся в воспоминаниях В. К. Кагана о пребывании в ОКБ-172⁶ с лета 1946 года до конца 1951 года: «Вот ещё некоторые подробности об отдельных людях. Карп Сергеевич Юрченко — изобретатель-оружейник. Полуграмотный человек, он имел отличную смекалку и хорошие руки. Помню, как он на моих глазах изобрёл шариковую гайку, расчёт которой я позднее обнаружил не то в английском, не то в американском журнале. На воле у него было конструкторское бюро на московском заводе не то «Калибр», не то «Фрезер», куда даже директор завода не мог заходить. Создано оно было для него по указанию Сталина. Он там сконструировал и сделал опытный образец сверхскорострельного авиационного пулемёта калибра 7,62 мм. Пулемёт, однако, в серию не пустили: броня самолётов усилилась и потребовался больший калибр. Расстроенный этим, Юрченко, находясь в отпуске на Украине, по наущению односельчанина, с которым вместе выпивал, написал письмо американцам с предложением передать им свой пулемёт (ведь союзники!). Односельчанин тут же на него донёс. Телеграмму — приказ об аресте подписал Берия. Следствие по делу вёл Шварцман, о котором я читал в одной из статей А. Ваксберга, как об одном из «бериевских псов». Разумеется, Юрченко сам считал себя грамотным, умел чертить. Рассказывал, что знаменитый Дегтярёв делать чертежи не умел»⁷.

Иные обстоятельства ареста конструктора Юрченко приведены в воспоминаниях бывшего сотрудника Центрального научно-исследовательского и проектно-конструкторского института механизации и энергетики лесной промышленности (ЦНИИМЭ) Виктора Жука: «Во время войны он оказался в действующей армии. И писал треугольные письма без марки. Такие армейские письма были приметой времени. Их писала своим родным и друзьям вся армия. Но не все представляли, как тщательно просматривается вся эта масса писем цензурой. В одном из таких треугольных писем жене Юрченко упомянул, где примерно он находится (и, следовательно, его воинская часть). В результате он оказался в ГУЛАГе и в конце концов (ему повезло) — в «шарашке». Из «шарашки» он попал в химкинский институт, где занимался разработкой дробилок — станков для дробления древесных отходов. Этой работе он отдавался с энтузиазмом и увлечением, как некогда конструированию авиапулемётов»⁸.

Корректность сведений о причинах ареста К.С. Юрченко, приведённых в обоих авторских воспоминаниях, вызывает серьёзные сомнения. По данным учётно-послужной карточки ЦАМО РФ К.С. Юрченко участия в Великой Отечественной войне не принимал и в 1945 году был осуждён по статье 58-1″а» УК РСФСР, которая подразумевала шпионаж, выдачу военной или государственной тайны и переход на сторону врага, на 10 лет лишения свободы и освобождён в 1953 году, что свидетельствует в пользу первой версии причины его ареста (предложение о передаче сведений о пулемёте в США).

Очевидно также, что обстоятельства преступления, по которому было классифицировано деяние К. С. Юрченко, были признаны имеющими смягчающие факторы, что позволило ему избежать высшей меры уголовного наказания и выйти на свободу в 1953 году по амнистии.

В дальнейшем, уже после отбытия наказания, К.С. Юрченко работал в ЦНИИМЭ⁹ в должности главного конструктора механизированных комплексов по первичной переработке древесины, где специализировался на усовершенствовании механизмов, использовавшихся в лесообрабатывающей промышленности.

Анализ базы изобретений советского периода показал, что он был талантливым инженером. Его разработки и рацпредложения зафиксированы начиная с сентября 1955 года: «Лесоповалочная трелёвочно-погрузочная машина» (1955 год)¹⁰, «Замок для соединения многотросовых концов в общей тросовой линии стягиванием поваленного леса» (1955 год)¹¹, «Клино-кольцевой канатоведущий шкив» (1956 год)¹².

Как минимум до 1950 года Юрченко Карп Сергеевич числился проживающим по адресу г. Москва, ул. Горького, д. 6, корп. 1, кв. 40¹³. Последнее зафиксированное место его проживания указано в учётно-послужной карточке — д. Бородино Клинского района Московской области, д. 25¹⁴.

1. Биографические сведения К.С. Юрченко приводятся по материалам Учётно-послужной картотеки (УПК) Центрального архива Министерства обороны (ЦАМО) РФ и личного дела. Российский государственный архив экономики (РГАЭ). Ф. 8259. Оп. 2. Д. 5577. Авторы выражают глубокую благодарность В.А. Антонову за помощь в получении данных материалов.
2. Центральный государственный архив (ЦГА) Москвы. Ф. Р-3788. Оп. 69. Д. 3026. Л. 273; Ф. Р-3788. Оп. 69. Д. 3028. Л. 386.
3. РГАЭ. Ф. 8259. Оп. 2. Д. 5577. Л. 8 об.
4. И щит, и меч России. 1927-2007 / Гос. унитарное предприятие «Конструкторское бюро приборостроения»; [подгот. текста В. В. Возбранного]. — Тула: Пересвет, 2007. — 219 с.: С. 162-163.
5. «Измена Родине, то есть действия, совершённые гражданами Союза ССР в ущерб военной мощи Союза ССР, его государственной независимости или неприкосновенности его территории, как-то: шпионаж, выдача военной или государственной тайны, переход на сторону врага, бегство или перелёт за границу, караются высшей мерой уголовного наказания — расстрелом с конфискацией всего имущества, а при смягчающих обстоятельствах — лишением свободы на срок 10 лет с конфискацией всего имущества». [20 июля 1934 г. (СУ № 30, ст.173)].
6. Про ОКБ-172 см.: Шевырин С.А. Из истории особого конструкторского бюро № 172 // Урал индустриальный. Бакунинские чтения: материалы X юбилейной всероссийской научной конференции (Екатеринбург, 27–28 сентября 2011 г.): в 2-х т. Т. 2. Екатеринбург: ООО «Издательство УМЦ УПИ», 2011. С. 223–227.
7. Ответ на запрос Санкт-Петербургского научно-информационного центра (СПб. НИЦ) «Мемориал» от 03.10.1995 в Информационный центр Главного управления внутренних дел (ИЦ ГУВД) СПб. об имеющихся сведениях на бывших заключённых ОКБ-172 периода 1937–1953 гг. Ф. 02 (Б-1). Оп. 1. Д. 15. Л. 3 // Электронный архив фонда Иофе [Электронный ресурс]. URL: https://arch2.iofe.center/person/44290#document-2231 (дата обращения: 10.04.2025).
8. Жук В. «Здесь этот номер у вас не пройдёт» // [Электронный ресурс]. URL: http://berkovich-zametki.com/2011/Zametki/Nomer12/Zhuk1.php (дата обращения: 10.04.2025).
9. По состоянию на май 2025 года организация не функционирует.
10. РГАЭ. Ф. 7637. Оп. 3. Д. 8010.
11. РГАЭ. Ф. 7637. Оп. 3. Д. 8009.
12. РГАЭ. Ф. 7637. Оп. 3. Д. 8011.
13. ЦГА Москвы. Ф. Р-3788. Оп. 69. Д. 3026. Л. 273; Ф. Р-3788. Оп. 69. Д. 3028. Л. 386.
14. УПК ЦАМО РФ.